Автор фото: WorldStockStudio/Evgris/Shutterstock/FOTODOM
Московский метрополитен ежегодно фиксирует около 100 случаев незаконного использования своих товарных знаков, у петербургской подземки таких инцидентов заметно меньше. Но и там — своя специфика: от споров о правовой охране до конфликтов авторского права и требований безопасности, пишет Деловой Петербург.
Недавний пример — иск ГУП «Московский метрополитен» к петербургскому предпринимателю Александру Седакову. Предприятие просило взыскать 1,43 млн рублей за использование ряда обозначений на игрушках, в материалах дела фигурировали 14 товарных знаков. Арбитраж признал нарушение, но снизил компенсацию до 4,68 тыс. рублей; решение пока не вступило в силу, стороны подали апелляции.
Суд о игрушках и графике
В иске московского метро шли речи о моделях — синем трамвае Tatra–T3SU и бело‑голубом вагоне метро — на которых, по версии истца, использовались элементы, сходные с его сериями товарных знаков: три волнообразные линии, круг с двумя дугами, а также стилизованная буква «М», окружённая линией. Для расчёта компенсации в материалах дела приводился отчёт об оценке товарных знаков: по документам, стоимость одного знака исчислялась в диапазоне примерно 230–250 тыс. рублей.
Как метрополитены ищут нарушения
Оба предприятия системно работают с правами на свои бренды. Московский метрополитен, по данным его пресс‑службы, помимо мониторинга открытых источников проверяет торговые площадки и использует цифровые инструменты; в отдельных случаях привлекаются технологии искусственного интеллекта. За год в столице фиксируют более сотни несанкционированных использований товарных знаков и подают соответствующие иски.
Петербургский метрополитен тоже отслеживает нарушения: в 2024 году зафиксировано два случая использования общеизвестного знака, в прошедшем году — три. В пресс‑службе петербургского ГУПа уточнили, что в 2024–2025 годах нарушители выплатили предприятию 345,7 тыс. рублей, из которых 285,7 тыс. — суммы, удовлетворённые в полном объёме.
Портфели и лицензионные договоры
Портфель интеллектуальной собственности московского предприятия насчитывает более 100 объектов: товарные знаки, авторские права, программы для ЭВМ, патенты на промышленные образцы и прочее. У петербургского ГУПа в портфеле порядка 600 ОИС, в том числе около 10 товарных знаков — среди них общеизвестный символ «М» со скруглёнными боковыми линиями и острым углом внутри, признанный общеизвестным в 2021 году в Роспатенте.
Московский метрополитен также заключил более 50 лицензионных договоров на использование своих товарных знаков с застройщиками, банками и производителями товаров; петербургская подземка предоставляет права использования ОИС для информирования пассажиров и в интересах обслуживания, в том числе во взаимодействии с РЖД.
Юридические сложности защиты
Юристы и эксперты указывают на системные проблемы защиты таких брендов. Минималистичные элементы айдентики, сходство со знаками навигации или геометрическими фигурами уменьшают шансы на регистрацию и усложняют доказательство охраноспособности. Так, в 2024 году Суд по интеллектуальным правам отказал в регистрации дуги как товарного знака, расценив её как геометрическую фигуру.
Кроме того, в Петербурге отмечают коллизию между авторским правом и требованиями транспортной безопасности: художники могут отказаться настаивать на сохранности своих работ при установке камер слежения. В 2023 году петербургский метрополитен обращался в Госдуму с такими случаями, но изменения в законодательство пока не внесены.
Эксперты также выделяют высокий риск для программного обеспечения: рынок подрядчиков меняется, и договоры не всегда покрывают все правовые риски. Товарные знаки остаются наиболее уязвимым видом ОИС, поскольку их легче использовать на мерче и маркетплейсах — в том числе индивидуальными предпринимателями.
В маркетинговом измерении обе буквы «М» обладают высокой узнаваемостью, но воспринимаются по‑разному: московская — яркая, динамичная и глобально узнаваемая, петербургская — привязанная к локальному культурному коду, глубине и архитектурной эстетике города. Эксперты советуют не столько ребрендить узнаваемые знаки, сколько выстраивать систему контроля и коммерциализации их использования.
